Евгений Карельских

Евгений Карельских родился в 1946 году в Москве. Первые годы его жизни прошли в рабочем районе на шоссе Энтузиастов. Но главные детские воспоминания связаны с Чистыми прудами, куда вскоре переехала семья Карельских. Послевоенное дитя, ребенок асфальта — так характеризует свое детство артист.

Евгений Карельских: Я еще пленных немцев помню. Пленные немцы строили на шоссе Энтузиастов Горбатый мост, который и сейчас существует. И когда моей тете надо было куда-то уйти, она мне говорила: «Женечка, посиди с дядями немцами, пожалуйста, мне надо сходить туда-то». Вот дяди немцы меня и нянчили. Я помню и карточки. С бабушкой мы ходили на базар с сумочкой, она говорила: «У нас денег нет, пойдем на базар, на базаре дешевле».


Евгений Карельских

Школа, куда отдали мальчика, располагалась недалеко от дома, так что ходил туда Женя сам. Собирал с вечера ранец, а утром шагал вдоль Чистых прудов, грыз гранит науки.

Евгений Карельских: Тогда школ было много. Сначала я учился в одной школе, потом перешел в другую. Где-то в седьмом классе перешел в другую школу, которая раньше была женской, и в классе я был единственным мальчиком, было 40 девочек и один я. Это было смешно. У меня было прозвище Сорок Первый. Потом пришло еще трое ребят, и нас стало четверо в классе, мальчиков.

Сколько бы мальчишек сказало сейчас актеру: «Повезло». Повезло, он и сам так считает. Девчонки не доставали, четверым товарищам жилось более чем прекрасно.

Евгений Карельских


Евгений Карельских: Сначала они меня стеснялись, а потом принимали за своего и все свои проблемы решали при мне.

Учился Карельских прилично: отличником не был никогда, но вот четверки в дневнике красовались постоянно. Да, не понимал физику и химию, но никогда из-за этого не переживал. Карельских тяготел к гуманитарным предметам.

Евгений Карельских: У нас была замечательный педагог по литературе, звали ее Есфирь Ильинична. И был драматический кружок, все в силу своих возможностей там бултыхались. Но у меня-то немножко другая ситуация была, у меня папа был актером театра оперетты, хорошим очень, а мама певицей, так что я с детства в этой среде бултыхался. И в театре оперетты я просто вырос, а потом так случилось, что я там и работал. В последний год учебы я перешел в школу рабочей молодежи и работал в театре оперетты в декорационном цехе, красил декорации. Так что этот воздух заклятый, он во мне сидел с детства.

Не заклятый, а любимый театральный воздух. Атмосфера с молоком матери, тоже артистки, передалась маленькому Жене. Не заклятую, а волшебную профессию выбрал для себя еще в школьные годы Евгений Карельских.

Пойти в актеры — выбор, осознанный с детства. Не мудрено, что родители, мечтавшие, что их сын выберет более надежную профессию, были расстроены.

Евгений Карельских


Евгений Карельских: Скептически относились, попробуй, говорили. А я же упрямый, я все равно сказал, что пойду, уперся. «Ну, иди»,— ответили. Говорят, что многие с трудом поступают, с муками, по несколько раз — пять, шесть, с переживаниями, но мне как-то легко удалось. Я поступил в Щукинское училище на втором туре. Анна Алексеевна Орочко, наш худрук, взяла четверых парней со второго тура, вот четвертым был я. И когда все еще сдавали третий тур, этюды, мы уже сочинения писали, общеобразовательные экзамены. Как-то легко проскочил, как-то незаметно даже. Поэтому вот этих переживаний вступительных у меня не было. Ну не было, что делать, не получилось.


Тогда, в 60-е, Щукинское считалось одним из лучших театральных училищ, оно гремело на всю страну. Поступить в Щуку было непросто, но Карельских и удача улыбнулась, и сам он был крайне способным парнем.

Евгений Карельских


Евгений Карельских: В годы учебы мне, скажу честно, тоже повезло, потому что я еще застал хороших педагогов, я бы даже сказал, очень хороших. Во-первых, ректором был Борис Евгеньевич Захаров, это уникальная личность, знаменитый человек. Кроме того, что он дядька был чудесный, он и педагог был замечательный. И курс набирала Анна Алексеевна Орочко, это первая Адельма, которая играла в «Принцессе Турандот» у Вахтангова, это женщина, о которой можно рассказывать миллион раз. К сожалению, она не дожила до нашего выпуска, в середине нашей учебы она ушла. Но те два года, что она с нами занималась, дали нам очень многое. Вообще первые два года самые важные, потому что закладывается фундамент, дальше идут чисто технические, практические дела, а вот основа — духовная, эстетическая, человеческая — закладывается в первые два года обучения.

Его актерская сущность, уверен Карельских, родилась именно в тот момент под пристальным взглядом лучших педагогов, лучших актеров Союза.

Евгений Карельских: Закваска у педагогов была хорошая. Цецилия Мансурова, Виктор Григорьевич Кольцов, Юрий Васильевич Катин-Ярцев… К сожалению, никого уже нет в живых, но это педагоги, на мой взгляд, уникальные, сейчас таких нет. И уровень, их человеческий уровень и профессиональный, был настолько высок, что было чему учиться, у кого учиться. Я думаю, в этом смысле мне повезло.

Первая работа Карельских в кино пришлась на 68-й год. Венгерский кинорежиссер Миклош Янчо пригласил молодого актера в картину «Солдаты и звезды» на роль белогвардейца. Коллегами Карельских по съемочной площадке стали Глеб Стриженов, Никита Михалков, Михаил Козаков, Вера Алентова.

Евгений Карельских: Мне дали роль белогвардейского офицера, такого негодяя страшного, но она была практически без слов. Он всех этих несчастных большевиков убивал, расстреливал, пикой протыкал, садист страшный был. А потом, когда кино посмотрел, она как-то расширилась, длинная стала, через весь фильм прошла, такой интересный персонаж получился. Но это были, так сказать, пробы пера. А по-настоящему, если говорить о кино, первая моя работа была у Ричарда Викторова, к сожалению, тоже уже ушедшего. Фильм назывался «Переступи порог», в это время я уже работал в Маяковке, это был фильм про школу, рабочее название «10 класс». Вот это была хорошая роль, на мой взгляд, одна из немногих работ в кино, за которую мне не стыдно.
Фильм о первых жизненных испытаниях, настоящей дружбе и первой любви полюбился советскому зрителю. Этот фильм стал опознавательным знаком того времени, замечательно передававшим атмосферу конца 60-х.


Евгений Карельских

Евгений Карельских

Евгений Карельских: До сих пор, кстати, люди старшего поколения вспоминают эту картину. Один мне сказал: «Я вырос на вашем фильме». Вот это было хорошо. А потом там были работы поменьше, но несколько было вполне приличных, например, «Обелиск», «Черная береза». Как ни странно, но сняли практически левой ногой в Одессе кино «Размах крыльев» в свободное от моря время. Снимали в бархатный сезон, все купались, загорали, но в свободное от моря время снимали кино. И сняли. Сейчас его чуть ли не каждый месяц по телевизору крутят.

Евгений Карельских

Евгений Карельских


Евгений Карельских: Учась уже на 4-м курсе, мы выпустили такой спектакль — «Самая короткая ночь». Делала его Инна Андреевна Андреева, замечательная актриса нашего театра и очень хороший педагог. И пришел Андрей Александрович Гончаров смотреть этот спектакль, ну и взял меня на постановку в театр Маяковского, так что, учась на 4-м курсе, я уже начал работать в театре Маяковского. Выпустили там замечательный спектакль (в те времена он нашумел), «Два товарища» Войновича, и это тоже была очень хорошая школа, ведь учеба не кончается с дипломом, она только начинается.

Четыре сезона, что молодой актер отработал в Маяковке, по сей день он считает началом своей серьезной профессиональной деятельности. Это было отличное место и время для старта.

Евгений Карельских: Гончаров — замечательный режиссер, несмотря на сложности характера, о которых все знают. Он крикун, такой-сякой, но он очень хороший режиссер, замечательный педагог к тому же, а это очень важно, когда эти два качества соединены вместе. Потом еще Марк Захаров ставил спектакль «Разгром», я тоже участвовал в нем, тоже было очень интересно. Так что мне в этом смысле повезло с режиссурой.

Однако в театре Маяковского после 4 лет интересной работы актер не остался, просто он мечтал работать в Академическом театре имени Евгения Вахтангова. А разве у молодых и амбициозных когда-нибудь бывают преграды в своих желаниях?

Евгений Карельских

С 1970 года Евгений Карельских здесь, на Арбате, в Театре имени Вахтангова. Еще немного, и полвека будет, как он здесь играет. А актеру кажется, что пришел сюда он только вчера.

Евгений Карельских: Тогда, естественно, я пришел с растопыренными глазами. Потому что артисты, которых я боготворил, все были живы и в силах, и с ними играть-то какое удовольствие было! А играл я и с Гриценко, и с Плотниковым, и с Ларисой Пашковой, и, дай Бог ей здоровья, до сих пор играю с Юлией Константиновной Борисовой. А с Юрием Васильевичем Яковлевым мы уже почти 30 с чем-то лет сидим в одной гримерной. Так что здесь как раз все нормально. То, что на сцене происходит, не всегда меня радует. Изменилось время, изменилась режиссура, да все изменилось, страна изменилась. Все, что вокруг происходит, то и у нас происходит. Я бы не сказал, что стало лучше, не скажу, что стало хуже, стало по-другому. Жизнь другая, и театр другой. И не только наш.

На счету Евгения Константиновича около 30 спектаклей, и роли самые разные. От Хрущева до Моцарта, от учителя танцев до Казановы. Есть и классика: Левин из «Анны Карениной» или князь Мышкин из «Идиота».


Евгений Карельских: Была такая история в моей жизни — меня позвали в другой театр играть. Позвал меня Николай Николаевич Губенко к себе в «Содружество актеров Таганки» сыграть Иванова в пьесе Чехова, вот это классика. Это можно назвать классическим репертуаром. Поиграл я там несколько сезонов эту роль. Я должен сказать, что у меня очень разнообразные были роли: и героические, и комические,— всякие. И вообще я считаю себя артистом характерным, и я считаю, что это как раз хорошо.

Евгений Карельских

У Карельских огромный опыт, и на сцене он, казалось бы, должен чувствовать себя как рыба в воде. Ан нет, каждый раз волнуется пуще прежнего
Евгений Карельских: Комфортно не бывает никогда, бывает, что-то более удается, что-то менее удается, где-то ты получаешь наслаждение от работы, где-то мне не нравится, что я делаю. Я так не могу сказать, все по-разному.

Иногда одну и туже роль играешь сегодня хорошо, а завтра вечером плюешься и думаешь, что ты натворил. Но должен сказать, что нелюбимых ролей, даже в зависимости от размера, у меня не было. Вот так, чтобы противно было, чтобы пришел, и мне не хочется это делать, такого не было. Бывает, что не нравится спектакль, в котором участвуешь, не нравится постановка, но это моя работа, и я обязан ее делать. А уж коли я ее делаю, я это должен делать хорошо, чтобы мне потом самому же не было стыдно за то, что я тут понавытворял.

Если уж берется за работу, то делает все на уровне — как в театре, так и в кино, и уж конечно, в преподавании. А работы никогда не боится, много для Карельских ее не бывает.

Евгений Карельских: Я считаю, что это вообще отвратительная практика, когда артист от чего-то отказывается. Не имеет он права отказываться, тебе дали — будь любезен. «Я это не могу, я это не хочу»,— тогда ты не профессионал, тогда ты звездун. Непонятно, с какой стати и что это такое за «Я это не хочу играть». Будь любезен! Я ни разу ни от чего не отказался.

Сегодня Карельских в родном театре играет в трех спектаклях: «Без вины виноватые», «Царская охота», «Пиковая дама». Играет образцово, видна в нем эта вахтанговская школа. Он мог бы и в больших постановках участвовать, но и молодежи нужно место уступать, и это нормально, это жизнь. Карельских относится к этому спокойно, с мудростью.

От приглашений в кино не отказался бы. Но в целом ему всего хватает. А счастлив ведь не тот, у кого всего в избытке, а тот, кому достаточно уже имеющегося. Лишь в молодость он бы вернулся, хотя бы на некоторое время.


Евгений Карельских: Я не буду оригинальным, если скажу, что я хотел бы помолодеть лет на 30, нет, даже побольше. Скоро будет 40 лет, как я закончил институт, и сбросить где-то 45 лет — вот это было бы хорошо, потому что студенческие годы всегда самые лучшие. До этого не надо, в школу ни в коем случае, не надо в школу. А вот студенческие годы — это замечательно.

И с Театром Вахтангова тоже связаны самые замечательные воспоминания.
Кстати, как говорит Евгений Карельских, у него уже появились последователи. Девятнадцатилетний внук пошел по актерским стопам, внучке в актрисы еще рановато, но она тоже, кажется, не прочь.

Разместить заметку:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • Memori.ru
  • Сто закладок
  • Одноклассники

Комментарии:

Оставить комментарий