Книжки нашего советского детства

У детей теперь нет советского детства. Их не принимают в октябрята в первом классе и в пионеры — в третьем. Они не собирают макулатуру. Они не ходят в школу в форме, одинаковой для всей страны. Они могут не знать, кто такой Ленин, до тех пор, пока не начнут изучать историю. Они — другие. Для взрослых это положение вещей может быть и радостным, и дискомфортным одновременно. С одной стороны, кончилась власть советской идеологии, никто больше не мучает детей на сборах и линейках, не заставляет полностью подчиняться коллективу, не забивает детские головы страшными рассказами о пионерах-героях. С другой стороны, и рассказы о пионерах-героях, и сборы, и линейки составляли некий общий для нескольких поколений культурный контекст. «Советский человек мог как угодно относится к поступку Павлика Морозова, но не мог не знать о нем». Современный ребенок — вне этого общего контекста. Межпоколенческая связь не может быть осуществлена на этой территории.

Для взрослых, бывших советских детей, невозможность передачи культурного опыта крайне травматична. То, что в современном детстве нет «никаких ни Павок, ни Павликов», теперь не является результатом осознанного выбора, совершенного под влиянием родителей или вопреки ему. Однако полного разрыва преемственности все же не происходит. Существует область, в которой взрослые могут довольно успешно действовать, создавая для себя и своих детей поле общего знания. Я говорю о формировании круга детского чтения — ведь осуществляя отбор произведений, предлагаемых ребенку, взрослые чаще всего ориентируются на книги собственного детства. И это касается не только чтения домашнего, когда ребенок просто читает те же самые книжки, которые читали папа и мама.


Разместить заметку:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • Memori.ru
  • Сто закладок
  • Одноклассники

Комментарии:

Оставить комментарий