Елена Драпеко

Елена Драпеко

Заслуженной артистке РСФСР и депутату Государственной думы Елене ДРАПЕКО никакие болота не страшны — будь то карельская топь или трясина чиновничьих кабинетов. Своими взглядами на жизнь в кино и за кадром она поделилась с «Долгожителем».

Елена Драпеко

Дочь офицера
РОДИЛАСЬ я в городе Уральске в Казахстане. Отец мой был офицером, скитавшимся с семьей по необъятной советской стране. Что означает украинская фамилия Драпеко? Кажется, есть гора с таким названием… Моя мама из семьи староверов, получила строгое религиозное воспитание. Замуж вышла в неполные восемнадцать лет. Работала библиотекарем, очень любила литературу и историю, поэтому дома у нас всегда было много книг. Так что у меня рабоче-крестьянское происхождение. Родители мои были интеллигентами первого поколения.

В младенчестве меня привезли в Ленинградскую область, мы поселились в военном городке в Павловске. Поскольку полк был артиллерийским, я знала наизусть все виды вооружения; знала, из какого орудия стреляют, и могла даже на слух определить, какой калибр снаряда летит. Так что боец Лиза Бричкина «родилась» в военном городке. Когда мне было лет девять, приключилась такая история.

Елена Драпеко

Мы с подружкой пошли в лес по грибы и нашли гранату времен войны. И вот две маленькие дурехи надумали, что пойдут «гражданские» и подорвутся, поэтому мы вытащили ее изо мха и на ладонях донесли до штаба. У КПП вызвали через дежурного моего отца. Он вышел. Лицо его сделалось совершенно белым. «Лимонку» тут же забрали, меня отправили домой. Этот случай, конечно, не пример для подражания. Но, в общем-то, вполне характеризует дочь советского офицера… Когда мне было четырнадцать лет, отец серьезно заболел. Два года мы надеялись, что он выкарабкается. Но он умер в день моего шестнадцатилетия.

Либо победил, либо проиграл
АРТИСТКОЙя стала в три года, когда меня поставили на стульчик под елочкой читать стихи. В детстве я часами могла торчать перед зеркалом, надев на себя кружевные накидки с подушек и мамины туфли, изображая своих любимых актрис, распевая песни из кинофильмов… В двенадцать лет меня отдали в театральную студию при местном ДК.

Елена Драпеко

С первого раза в театральный институт я не поступила. Дошла до третьего тура, но… не повезло. И я благополучно сдала экзамены в Ленинградский институт культуры на режиссерский факультет. Во время обучения писала сценарии массовых праздников, ставила отрывки из спектаклей. Но через два года снова дерзнула поступать в театральный. Шла мимо, и что-то ретивое взыграло — ноги сами привели. Как была в простецком платьице из ситца, так и пошла на консультацию. Прошла первый тур. А есть же у студентов примета: в чем сдал экзамен, в том же сдавай и дальше, иначе провалишься. И я в этом ситцевом платье, которое еле-еле прикрывало колени, сдавала все туры. И прошла. Спасибо платью!

Я была домашней девочкой, которая находилась под неусыпным наблюдением своей матери. Все праздники она встречала со мной, с моими друзьями. Ей нравилось быть среди молодежи. Когда я поступила в театральный институт, маму пугали, что в этом заведении полный разврат, богема… И вот на первый Новый год моей учебы я пригласила своих однокурсников к себе. Приехала целая орава, человек двадцать. И мама, увидев, что все они такие же, как я, молоденькие, неиспорченные, наконец-то успокоилась.


Елена Драпеко

На творческих встречах часто спрашивают, почему я бросила сцену. Мне очень жаль, но так сложилась моя судьба. Меня рано начали снимать в кино. К окончанию института я была уже сложившейся киноактрисой. На меня были заявки. А чтобы устроиться в театр, нужно было показываться, стараться понравиться режиссерам, и так далее… Ведь сцена и закулисье — это совершенно разные вещи. Ну не получилось у меня жить театральными интригами! Не могу я терпеть, когда делят роли, когда подсиживают, когда дублерша шипит из зала: «Какой ужас! Какой кошмар!..» Это мне не нравится.

И потом, я актриса характерная. А в театр берут в основном на роли так называемых «героинь с определенной фактурой». Хотя на сцене я работала с удовольствием. Например, один сезон отыграла у Игоря Владимирова, другой — в театре «Балтийский дом» в Питере. И все же главное отличие кинематографа от театра состоит в том, что киноактер запечатлен на пленке раз и навсегда, для зрителя он играет однажды — и только в этом фильме, и только в этой сцене. Иной раз потом локти кусаешь от досады, а поделать уже ничего нельзя, не переиграешь еще раз. В кино либо победил, либо проиграл. Третьего не дано…

Елена Драпеко

СНИМАТЬСЯ в кино в нашем институте студентам было официально категорически запрещено. Но Леонид Макарьев, на курсе которого я училась, режиссера Станислава Ростоцкого очень уважал, и на съемки фильма «А зори здесь тихие…» (История создания фильма) я поехала совершенно легально. Подготовительная группа Ростоцкого тогда «прошерстила» буквально все театральные заведения. Нас поехало восемь девочек на пробы. Прошла одна я. Сначала набрали уже известных артистов. Повесть Васильева была, как говорится, «на слуху». Всем хотелось сыграть в этом фильме. А потом Ростоцкий и оператор Шумский решили, что должна играть молодая команда, что в том и прелесть этой истории, что все герои были очень молодые.

Во время учебы в институте я была курносая, румяная, пухленькая, что называется — «щеки видны из-за спины»… Преподавательница по хореографии часто меня похлопывала по попе и говорила: «Графиня из Пассажа». Это у нее было самое ядовитое замечание для нас, студенток… Итак, дали мне сценарий и спросили, кого я хочу играть. Я сказала: «Риту Осянину или на худой конец Женьку Комелькову, потому что она такая же красивая, как я, и тоже офицерская дочь». Лиза Бричкина мне нравилась гораздо меньше. Я себя ею не чувствовала. Тем не менее домой пришла телеграмма, в которой сообщалось, что я утверждена на роль Лизы и меня ждут в Петрозаводске. Роль Женьки Комельковой получила Ольга Остроумова, Риты Осяниной — Ирина Шевчук, Гали Четвертак — Катя Маркова, Сони Гурвич — Ирина Долганова.

Елена Драпеко

Съемки проходили с апреля по октябрь. Поскольку в Карелии были белые ночи, снимали по восемнадцать часов в сутки, весь световой день. Кто в сцене не участвовал, подстилал шинельку и спал под кустиками. Ростоцкий добивался от нас подлинности образов. Для этого мы должны были все знать про тех, кого играли, про то время. Он специально приглашал к нам на съемки своих друзей-фронтовиков, которые рассказывали разные истории из военного времени. Мы просмотрели тысячи метров хроники. Нас по-настоящему муштровали. Приставили солдат во главе с майором Зайцевым. Выходили мы на деревенскую улицу и маршировали, и ребята, солдаты этого взвода, в кустах загибались от смеха. Потому что зрелище было еще то… Показывали нам, как стрелять из зениток, пулеметов, автоматов, где нажать, где что летит… И ползать заставляли с вещмешками за спиной, в которых лежало по два кирпича. И портянки правильно заворачивать. И вставали мы рано. В общем, все было приближено к действительности.

Помню скандал, который учинил Ростоцкий художнице по костюмам. Она подогнала нам гимнастерки по фигурам, сделала вытачки. Но вытачек тогда быть не могло. И на нас появились подлинные костюмы.

Елена Драпеко в фильме "А зори здесь тихие..."

По поводу роли Лизы Бричкиной у меня еще на подготовительном этапе возникали проблемы с Ростоцким. Да какие! Дело в том, что в начале работы я видела Лизу иначе, чем он, и иначе, чем написана она у Бориса Васильева. По книге деваха румяная, более земная, хозяйственная, добротная, чем я ее показала. Ростоцкому хотелось, чтобы я была более яркая, шумная, крепкая. А я — росточек, стебелечек, прозрачная такая. И мечтательная. Ростоцкий расстроился ужасно. Хотел даже снять меня с роли. Но это было до момента, пока не пришел снятый материал. Его посмотрела жена Ростоцкого — народная артистка РСФСР замечательная Нина Меньшикова — и сказала, что меня ни в коем случае не надо заменять, что в Лизе, которую я сыграла, такой свет, такая чистота, которые только украшают картину.

Елена Драпеко и Станислав Ростоцкий

И все-таки мне сделали другой грим: высветлили брови, нарисовали рыжие веснушки на лице, вытравили волосы, сделали курносину. Решили, что свет у Лизы Бричкиной будет внутренний, а внешность надо чуть «исправить», чтобы я была такая деревенская белобрысая девушка. Подложили вату в нужные места. Получилось у Лизы «все при всем», «приятно поглядеть». Отрабатывали окающий говор, чуть косолапинку и твердость в походке. Пришлось учиться лепить характер. Если другие девочки играли как бы самих себя, то мне всю себя пришлось переделывать.

Андрей Мартынов, «наш старшина Васков», сначала тоже не удовлетворял режиссера. Ростоцкий прикомандировал бедного Андрея к солдатам на два месяца в палатку. А он ведь был такой молоденький городской мальчик. Только усы настоящие. Ни грести, ни заряжать винтовку, ни самокрутку свернуть не умел. У Андрея была подлинность внутренняя, природный юмор, мягкость характера. Внешней жесткости у него старшинской не было.

Елена Драпеко

Но вот получился удивительный симбиоз. Замечательная получилась роль. Если бы вместо него оказался ушлый, прижимистый мужик, то ощущения пронзительности не получилось бы. Ведь тем труднее была победа над фашистами, что воевали-то совсем неподготовленные внутренне к убийству молодые люди, непрофессионалы. Через смерть, через войну, через себя им пришлось перешагивать, чтобы воевать и убивать. И эта тема у Ростоцкого получилась, прошла через все характеры.

Съемочная группа у нас была высокопрофессиональная, многие, как и сам режиссер Станислав Иосифович, побывали на фронте, прошли не «киношную», не книжную, а самую настоящую, страшную войну. Наверное, поэтому к нам, молодым артистам, они относились с пронзительной нежностью, заботой. Мы были их юностью…

Елена Драпеко

ПОСЛЕ того как «Зори» вышли на большой экран, я нередко слышала у себя за спиной: «Вот она пошла, что в болоте утопла!» У меня часто спрашивают, а не боялась ли я тонуть в болоте. Да актер за хорошую роль готов выпрыгнуть из самолета без парашюта! А роль Лизы Бричкиной стала моей звездной ролью, но не в том смысле, как теперь это понимают. Это не звездность поп-дивы. Это роль, по которой я потом строила всю свою жизнь. В Лизе я находила то, что сама считаю добрым в людях: искренность, непосредственность, готовность прийти на помощь в трудный час. Лиза как будто смотрела на меня с теми четырьмя девчатами откуда-то с небесной высоты и спрашивала: «А туда ли ты, девонька, идешь? А так ли ты живешь на земле?»

Еще помню, как мы ехали со съемок — грязь, холод, комары. А Ростоцкий в автобусе мечтает: «Вот закончим картину. Привезем ее на премьеру в Париж. И ведущие объявят: «Элен Драпеко!» И ты в блестящем платье выходишь на сцену!» Мы с девочками хохотали до упаду. И не представляли тогда, что не только в Париж попадем, но и объездим с этой картиной полмира. «А зори здесь тихие…» потом стала номинантом премии «Оскар» Американской киноакадемии по классу зарубежных фильмов.

Елена Драпеко

После «Зорь» меня стали много снимать. Было несколько удачных ролей. В 70-е я стояла перед искушением развивать «линию Лизы Бричкиной» — образа, полюбившегося зрителям да и мне самой. Но я, хоть и сыграла множество «женщин из народа», всегда стремилась к раскрытию глубины характеров своих героинь, их неповторимости. Фильмы с моим участием «Безотцовщина» и «А у нас была тишина…» получили премию Ленинского комсомола.
Афганистан

Елена Драпеко

СПУСТЯ тринадцать лет после выхода «А зори здесь тихие…» мне довелось побывать на настоящей войне. Наша бригада из четырех человек — я, комедийный актер Леонид Дьячков, Александра Яковлева («Экипаж», «Россия молодая») и Леонов-Гладышев («Место встречи изменить нельзя», «Менты») — отправилась в 1985 году в Афганистан и выполняла там ту же функцию, что и наши коллеги во время Великой Отечественной войны. Русским ребятам необходимо было наше присутствие: песни, рассказы. Мы в течение месяца ездили в самые горячие точки: были в госпиталях, на позициях, в самых маленьких гарнизонах.

Конечно, поездка была не только на добровольных началах, но еще и с призывом «Коммунисты, вперед!». Я сочла своим долгом отправиться туда. Сейчас моя дочь Настя уже взрослая (окончила факультет журналистики МГУ, работает редактором на телевидении), а тогда ей было всего полтора года. Дома, конечно, разразился скандал. Мама кричала, что я не дочь своей матери и не мать своей дочери и что они будут делать, если меня убьют…

Много было разных афганских историй… Но главное в них то, что ты сам себя каждый раз «проверяешь на вшивость». Когда летели мы из Кабула в Баграм, наш вертолет попал под обстрел. Добравшись до места, обнаружили пробоину у самого бензобака…

Елена Драпеко

Поначалу из-за обстрелов не могли спать, вскакивали при каждом взрыве, а потом привыкли, не обращали внимания. Ездили не в бронетранспортерах, а на них — нам объяснили: как только взрывается мина, всех тех, кто находится внутри, размазывает по стенкам…

Во время одной страшной песчаной бури мы чуть не потерялись в песках… Помню, как выбивали наш десант из Панджерского ущелья. Их просто крошили. И когда потом бойцов привезли оттуда вертолетами, то на них смотреть было страшно — лица совершенно черные, глаз не видно, только страшные провалы. И вот их посадили в зал на наш концерт. Как же мы старались!

Елена Драпеко

НАЧИНАЯ с первых лет нашей фантасмагорической перестройки, все больше места в моей жизни стала занимать общественная работа. Не обходилось без усмешечек: вот, мол, перестали снимать актрисочку, она и пошла служить «общему благу». Да нет, не перестали меня снимать, хотя, конечно, многое перевернулось в кинематографическом мире, да и во мне самой не без перемен. На самом деле к общественной работе я была сызмала приучена в нашей семье. Я очень деятельная натура, меня спасает моя занятость, чувство нужности людям и сопричастности жизни страны и народа. Десять лет я была членом Центрального комитета профсоюза работников культуры, довольно долго работала в Гильдии киноактеров. В 92-м году меня пригласили на должность председателя Комитета по культуре и туризму в мэрии Санкт-Петербурга.

Елена Драпеко член постоянной комиссии Межпарламентской ассамблеи государств — участников СНГ по культуре, информации, туризму и спорту.
Действительный член Международной славянской академии наук, член-корреспондент Петровской академии наук и искусств, действительный член Академии туризма.
Заслуженная артистка РСФСР (1980).
Депутат Государственной Думы РФ.
У нее есть дочь Настя, выпускница петербургской гимназии при Русском музее. По данным на 2007 год, Настя работает редактором на Первом канале в программе у Андрея Малахова.

Разместить заметку:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • Memori.ru
  • Сто закладок
  • Одноклассники

Комментарии:

Оставить комментарий