Как создавался фильм «КОГДА ДЕРЕВЬЯ БЫЛИ БОЛЬШИМИ»

Жанр: мелодрама

В фильме снимались:  Инна Гулая,    Юрий Никулин,    Леонид Куравлёв,    Екатерина Мазурова,   Василий Шукшин,    Елена Королёва,    Людмила Чурсина
Режиссер: Лев Кулиджанов
Сценарист: Николай Фигуровский
Операторы: Валерий Гинзбург, Инна Зарафьян, Борис Гокке
Композитор: Леонид Афанасьев
Художник: Петр Галаджев
Премьера фильма состоялась: 26 марта 1962г
Фильм номинировался на главный приз на кинофестивале в Каннах (1962 г.).

Когда деревья были большими

Герой фильма Кузьма Кузьмич (Юрий Никулин) – одинокий и неприкаянный человек. Был на фронте, награжден боевыми наградами, когда-то работал токарем, но жизнь сложилась так, что, будучи уже человеком немолодым, он остался совсем один. Потеряв во время войны жену, Кузьма Иорданов не работает, пьёт, живёт случайными заработками и совершенно опустился.

Когда деревья были большими

Привыкнув к вольной жизни, не хотел идти на завод и стоять у станка от гудка до гудка. Два раза отсидел по 15 суток. В милиции ему сообщили, что он будет лишен московской прописки. Bызвался помочь старушке донести до дома стиральную машину («с лифтом одна цена, без лифта — другая»). Донеся машину почти до квартиры, Кузьма случайно роняет её в лестничный проём, бросается вниз по лестнице, спотыкается, падает…

Очнулся в больнице. Лежит, видит — ко всем больным кто-то приходит, навещает. Грустно Кузьме. Тут он глядит — к нему пришла та самая старушка, которой он разбил машину. Кузьма испугался. Но старушка пришла вовсе не из-за машины. Она просто, из добрых побуждений, решила навестить его. Бабушка рассказывает Кузьме о своей жизни, и случайно рассказала про девушку-сироту Наташу (Инна Гулая) из своей деревни Селиваново. Кузьма решает бросить Москву и поехать туда, выдавая себя за отца Наташи.

Девочка уже выросла, была рада встрече. Она действительно принимает Кузьму за своего отца, и искренне, неподдельно в это верит. Верит так сильно, что под ее влиянием, окруженный теплом, заботой, Кузьма Кузьмич решает бросить свой прошлый образ жизни, меняется и становится полноправным членом общества
Лев Кулиджанов не собирался ставить картину по сценарию Н. Фигуровского.

Когда деревья были большими

Когда это произведение обсуждалось на студии имени Горького, режиссёр выступил с самой яростной критикой. Обиженный драматург забрал сценарий, не дав заверения его переделывать. Но буквально через месяц на имя Кулиджанова пришёл пакет. В нём был почти полностью переписанный сценарий. Лев Александрович прочёл его — и сразу же заявил на студии о своём намерении снимать фильм. Так началось творческое содружество Фигуровского и Кулиджанова.

Сценарий привлекал своей лирической задушевностью. Характеры в нём были намечены интересные и своеобразные.
Главный герой Кузьма Кузьмич Иорданов остался без семьи, без друзей, свою профессию слесаря забросил, жил на случайные заработки. Словом, пьяница, прощелыга, ожидающий высылки из Москвы за тунеядство.

Когда деревья были большими

Как-то он подрядился помочь старушке доставить из магазина стиральную машину. Он уже втащил агрегат на пятый этаж. И тут машина качнулась и полетела в пролёт лестницы. Кузьма с перепугу бросился по ступенькам вниз, но подвернул ногу и упал…

В больнице его навестила та самая старушка. От неё Иорданов узнал о том, что в селе Селиваново живёт девушка, которая мечтает найти своих родителей, пропавших во время войны. Выйдя из больницы, Кузьма Кузьмич едет в деревню, где живёт эта девушка. Знакомится с Наташей и заявляет, что он её отец.

Так Иорданов оказался в деревне. И в первое время он с полным удовольствием и чистой душой пользуется всеми благами, которыми щедро одаривает его Наташа. Но постепенно в нём пробуждается совесть и он решает открыться в своём обмане. Однако его названная дочка не хочет верить этому признанию. Кузьма Кузьмич так и остаётся с Наташей в роли доброго родителя, правда, заметно «перековавшись»…

Успех картины во многом зависел от выбора исполнителя главной роли. Сначала Кулиджанов подумал о В. Меркурьеве.Великолепный актер, он был тогда в очень хорошей форме; он дал предварительное согласие. Однако через несколько дней, когда директор картины Борис Яковлевич Краковский начал более конкретные переговоры с Меркурьевым, тот выдвинул целый ряд условий, на которые трудно было согласиться. Главное требование: натура должна сниматься под Ленинградом, рядом с его дачей, поскольку ему трудно выехать в экспедицию. Пришлось от Меркурьева отказаться.

Затем прикинул роль на Б. Андреева. Но монументальная фактура актёров не вязалась с обликом того жалкого человечка, который вырисовывался в процессе работы над сценарием.
Начали вновь искать актера. Среди первых кандидатов оказался Юра Никулин. Перед пробами мы пошли с Лёвой в цирк, где Юра выступал вместе с Карандашом. Юра нам очень понравился. По существу, больше конкурентов у него не было. Решено было его утвердить. Кулиджанов решил рискнуть — поручить роль Юрию Никулину. До этого времени он был известен в кино как мастер острокомедийных, фарсовых ролей. И вдруг такая сложная психологическая роль. Самое любопытное, что Кулиджанов ни одной роли Никулина в кино не видел.

Когда деревья были большими

На роль Наташи пригласили молодую актрису Инну Гулая. На пробах снималась сцена разговора Кузьмы с Наташей. В павильоне выстроили комнату деревенской избы. Чтобы актёры не просто сидели за столом, а чем-то занимались. Кулиджанов предложил — пусть Наташа ест борщ.
Принесли в павильон кастрюлю горячего борща. Порепетировали. Начали снимать первый дубль. Инна Гулая спокойно, с аппетитом ела борщ.
Второй дубль. Инна съела ещё тарелку борща.

Сняли пять дублей. Гулая съела пять тарелок борща.
Когда удивлённый Юрий Никулин спросил, почему она так много ест, она ответила: «Волнуюсь».
Пробы прошли удачно. Если Никулин принёс с собой помимо абсолютной естественности героя общую трагикомическую интонацию фильма, то Инна Гулая окрасила фильм лиризмом.
Роль Иорданова долго не давалась Никулину. Внешний облик помог ему обрести художник-гримёр Александр Иванов. Сразу решили что Иорданов будет небритым.
Долго искали костюм. Художник по костюмам и режиссёр считали, что шить специально для Кузьмы не нужно.

Когда деревья были большими

Он должен выглядеть обшарпанным, помятым. И носить может что-то уже готовое, а то и взятое с чужого плеча. Никак не могли подобрать головной убор. В костюмерной перебрали сотню кепок и фуражек, и ни одна актёру не понравилась. Случайно он заметил в углу маленькую кепочку со сломанным козырьком и примерил её. Это было то, что надо.
Перед началом съёмок Кулиджанов постоянно говорил актёрам: «Старайтесь больше думать о человеке, которого предстоит вам показать. Подумайте, как будет действовать герой в той или иной ситуации».

Съемки начались в Москве с трех эпизодов, которые потом не вошли в фильм. В них более подробно, чем это потом было необходимо в картине, рассказывалось о московской жизни Кузьмы Кузьмича. Пытаясь заработать себе на жизнь, Кузьма Кузьмич отправляется в лес за ландышами, его ужалил шмель, и с опухшей физиономией он идет продавать цветы на рынок. Рыночные торговки накидываются на новоявленного конкурента и устраивают драку, которую разгоняют милиционеры, а Кузьму Кузьмича как зачинщика засаживают на пятнадцать суток. Всю эту историю сняли. Юра играл очень хорошо. Но в окончательную редакцию фильма этот материал не вошел.
Съёмки решили начать с эпизода в мебельном магазине. «Вы побродите по улицам, зайдите в магазины, — советовал Никулину режиссёр, — присмотритесь к людям, похожим на вашего героя. Они встречаются в Москве».

Когда деревья были большими

Этот совет актёр выполнил. Ходил около пивных, мебельных магазинов, смотрел, примеривался. О том, что произошло дальше, Юрий Никулин рассказал в своей книге «Почти серьёзно…»:
«Первый съёмочный день проходил в новом мебельном магазине на Ленинском проспекте. Администрация картины договорилась, чтобы в этот день магазин не работал.
Меня загримировали, переодели и привезли на съёмку. Вышел я из машины, смотрю, в дверях стоит человек, как потом я узнал, директор магазина. Неподалёку от него Кулиджанов и оператор картины Гинзбург. Я спокойно направляюсь к дверям, а директор меня останавливает:
— Куда?
— В магазин, — говорю я.
Директор оглядел меня с ног до головы и решительно сказал:
— А ну-ка давай отсюда! Здесь съёмки будут, не мешай.
— Да я артист, снимаюсь.
— Знаем вас, артистов. Я тебя здесь уже пятый день вижу.
Я начал доказывать, что он ошибается. Директор магазина засомневался и спросил у режиссёра и оператора:
— Товарищи, это ваш человек?
Они посмотрели на меня и, не сговариваясь, заявили, что видят меня первый раз в жизни.
Тут директор уже на меня рявкнул:
— А ну давай отсюда! Сейчас старшину позову!
И стал звать милицию. Вокруг начали собираться люди. Только тогда Кулиджанов и Гинзбург, смеясь, его успокоили:
— Это наш человек, наш. Главную роль играет. Пропустите.
Директор от неожиданности ахнул, а потом долго-долго извинялся.
Этот случай меня порадовал. Значит, я уже похож на людей, подобных Кузьме Иорданову».

Когда деревья были большими

В самом начале съёмок рабочий материал фильма решили посмотреть в Министерстве культуры СССР. И во время обсуждения один редактор встал и сказал: «Товарищи, что же это получается? Герой картины — тунеядец. Разве такие фильмы нужны нам? Чему мы научим зрителя? Вот мы сейчас смотрели материал. Снято добротно, профессионально. И на мой взгляд, в этом весь ужас, что материал получается хороший. А если материал хороший, следовательно, картина будет впечатлять, и все её идейные недостатки станут более выпуклыми».

Отрывок из фильма «Когда деревья были большими»

И пошли звонки из Главного управления по производству художественных фильмов. Звонил курирующий киностудию редактор Александр Аскольдов […] и высказал свое возмущение по поводу безыдейности сценария. Тем временем группа лихорадочно снимала в Москве и готовилась к выезду на натуру. И вот, когда первые эпизоды были уже сняты, на студию нагрянул редакторский десант во главе с заместителем министра культуры Николаем Николаевичем Даниловым. Потребовали материал фильма в проекционную и вместе с представителями дирекции пошли смотреть. Когда смотрели материал, Данилов смеялся. Все редакторы высказались резко отрицательно и требовали картину закрыть. Совершенно неожиданно Данилов «позволил себе с ними не согласиться», он хвалил Никулина. «Зачем торопиться закрывать, — сказал он, — мне было интересно». Слово начальника — закон.

Когда деревья были большими

Все в группе расстроились. Помог заместитель министра культуры СССР Николай Николаевич Данилов. После просмотра он сказал: «А что спорить? Я беседовал с режиссёром. Он считает, что картина получится, и я ему верю. Актёры тоже хорошие. Фильм не может быть вредным. Пусть люди работают».
После выхода картины на экран Юрия Никулина часто спрашивали: «Неужели вы настоящую стиральную машину роняли в пролёт лестницы?» Он отвечал: «Да, настоящую». Купили две машины и вытащили из них моторы. Выбрали на проспекте Мира старый дом. Ассистенты режиссёра обошли все квартиры и предупредили жильцов, чтобы они не пугались грохота. И стиральная машина полетела в пролёт лестницы.

Когда деревья были большими

Перед вторым дублем звукооператор потребовал: «Вторую машину кидайте с мотором. Я хочу записать естественный звук».
Когда отсняли московскую натуру, съёмочная группа «Когда деревья были большими» переехала в деревню Мамонтово, что недалеко от Ногинска. А Никулин вместе с цирком отправился на гастроли в Англию. Через полтора месяца он прилетел в Москву. И уже на следующий день выехал в Мамонтово.
Кулиджанов предложил Никулину целый ряд интересных находок. Среди них — как утром, с похмелья, Кузьма умывается.

Просыпается Иорданов и идёт на кухню умыться. Слегка намочив пальцы в воде, промывает ими глаза. Никулин был в восторге: «В этих двух-трех движениях был весь Кузьма Иорданов — вся его натура».
Инна Гулая оказалась достойной партнёршей Юрия Никулина. Её Наташа — нескладная, в стоптанных тапочках на босу ногу, в стареньком платьице — очень далека от кинематографического штампа красоты. Но в этой застенчивой тихой девчонке есть какое-то необъяснимое обаяние чистоты и доброты, которое сразу вызывает к ней искреннюю симпатию.

Когда деревья были большими

Группа уехала в экспедицию. Деревня Мамонтово, недалеко от города Глухово Ногинского района, стала главным местом пребывания съемочной группы. Эту деревню очень долго искали, исколесили всё Подмосковье, а увидев, сразу успокоились. Всем нравились и красивая, тихая бутылочно-зеленого цвета река Шерна с заводями и песчаными берегами, и живописно раскинувшаяся на берегу реки деревня, и поля с перелесками, и прекрасные леса, еловые и смешанные.

Коля Фигуровский тоже приехал в деревню Мамонтово и жил в одном доме с нами, на маленькой террасе. Группа была семейная, Юра Никулин привез с собой жену Таню, сына Максима и любимую тещу Марию Петровну. Съемки происходили или в самой деревне, или совсем близко от нее, и дети, несмотря на настоятельные просьбы родителей не ходить на съемочную площадку, просачивались туда. Конечно, главным центром притяжения очень скоро стал Юра Никулин. Его веселый, дружелюбный и очень контактный характер, гитара, всегдашняя спутница досуга, как магнитом, притягивали к нему людей.

Когда деревья были большими

Более счастливой экспедиции не было больше в нашей жизни. Более радостной и согласной работы представить себе невозможно. С выбором Юры Никулина на эту роль многое переменилось в концепции сценария. Дело в том, что Юра обладал высшим уровнем артистизма, который присущ хорошему клоуну. Представьте себе на его месте Меркурьева, артиста прекрасного, но отношения его с названой дочерью складывались бы совершенно не так, и играл бы он по-другому, а значит, были бы другие мизансцены, другой диалог. Приход Юры обязывал пересмотреть сценарий и во многом переписать его под него.

Коля Фигуровский, человек чрезвычайно одаренный и чуткий, понял это так же хорошо, как и Лёва, и зажегся этим. Сценарий менялся в процессе съемок, на которых Коля присутствовал непременно. После смены он шел на свою терраску и стучал на машинке, переписывая под актеров и сцену, которую предстояло снимать завтра, и диалог. Предлагал по нескольку вариантов одной реплики.
Не менее важную роль в фильме сыграла Инна Гулая. Если обращаться к определению Феллини, то она тоже по уровню своей одаренности была актриса-клоунесса. Но, в отличие от Юры, Инна была скорее нелюдимой и неконтактной.

Когда деревья были большими

Поселили Инну вместе с эпизодницами Людой Чурсиной и Таней Тишурой. Дом их тоже был центром притяжения, особенно для Коли Фигуровского, часто посещавшего девушек, восхищавшегося девичьей притягательностью и талантом Инны, который был ее тяжелым бременем и игом, порабощал и мучил ее и ее близких. Она распространяла беспокойство и дискомфорт, что потом проявилось в семейной драме Инны и Гены Шпаликова. Какая-то в ней была «черная дыра», которую с первого взгляда не угадаешь. Было что-то обманчивое в ее привлекательной внешности, бездонных выразительных глазах. В работе Инна была беспощадна к себе, не боялась быть некрасивой, морщила нос и волочила ноги. В сцене приезда Кузьмы Кузьмича всё это очень выразительно и усиливает драматизм сцены.

После съемок кто-то из группы выговаривал ей: «Как ты некрасиво ходишь в кадре. Ты же героиня». На что она очень грубо возражала: «Вы ничего не понимаете, и лучше вам помолчать». Она была совершенно права. Ей требовалась та самая «клоунада», которую людям, привыкшим к стереотипам, так трудно принять.

Когда деревья были большими

Юрий Никулин вспоминал: «Инна заражала своей игрой. С ней удивительно легко работалось. Она отличалась от многих актрис, с которыми мне приходилось встречаться. Как правило, все они были озабочены тем, как получатся на экране. Инна Гулая об этом не думала. Ей было все равно — красивым или некрасивым выйдет её лицо на экране. Её волновала лишь правда внутреннего состояния. Она жила своей ролью».
Именно такая девушка, как Наташа — Гулая, могла помочь Кузьме Кузьмичу изменить его взгляды на жизнь, на людей, на самого себя.
С удивительной психологической точностью сыграна и снята «сцена признания». Иорданов говорит Наташе, что он вовсе не её отец. Но девушка с простодушной логикой обличает его во лжи.

«Наташа. Ну неужели ты думаешь, что я тебе поверю, что ты не мой отец! Когда я как сейчас помню, с тех пор ещё помню.
Кузьма. С каких?
Наташа. С каких. Я же тебе уже говорила, когда ещё деревья были большими».
После этого фильма у кинематографистов изменилось отношение к Никулину. Режиссёр открыл для кино удивительное свойство его таланта: органическое сочетание комедийного и драматического.

Когда деревья были большими

Единственное, что не нравилось артисту, так это название картины: длинное, к тому же в театрах шла пьеса «Деревья умирают стоя», и фильм путали со спектаклем. Однажды буфетчица молочного кафе на площади Пушкина, узнав Никулина, крикнула официантке: «Маша, Маша, иди сюда скорее!.. Артист пришёл из картины „Когда деревья, стоя, гнулись“».
Третьим центром притяжения был, конечно, Василий Макарович Шукшин. Он жил в одном доме с Леонидом Куравлевым, там-то и сложился их творческий альянс. Они не только подружились, но были очень нужны друг другу. Первый успех режиссера Шукшина, связанный с фильмом «Живет такой парень», был заложен именно тогда, в их совместном общении и жгучем интересе, возникшем у каждого к одаренности другого.

Вообще, это было плодотворное время. Дело было, пожалуй, не только в атмосфере, сложившейся в нашем объединении. Дело было в тех надеждах, которыми жило общество, надеждах на возрождение, прогресс, благие перемены. Надеждах, может быть, наивных и необоснованных, но все же… «Блажен, кто верует»…
Смысл фильма «Когда деревья были большими» — именно в этих надеждах на лучшее, доброе в жизни и в людях. Почему главный герой вызывал возмущение у редакторов Главка? Потому что он противоречил установкам, принятым еще в сталинские годы.

Когда деревья были большими

Герою в кино надлежало быть самым-самым. Полагалось считать, что «советские карлики самые высокие в мире»! И вдруг — жулик-неудачник, самозванец, в конце концов пробудившийся к нравственному существованию. Проблемы нравственности на деклассированные элементы не распространялись. И вдруг такой герой! А ведь именно тогда, когда проходила реабилитация многих и многих тысяч невинно отбывающих свой срок в преисподней сталинских лагерей, сколько вокруг нас появилось людей с изломанной, неудавшейся жизнью, как трудно было им обрести какой-то статус в реальной советской действительности. Как им всем, людям с такой судьбой, и не только им, а всем, пережившим репрессии, не хватало доброты! Как хотелось и Лёве, и Коле Фигуровскому, и Юре Никулину, и всем, кто работал с ними, наполнить этот фильм добротой. И судя по тому что фильм жив по сей день, это удалось».

Во время съемок Кулиджанову и Никулину пришла в голову мысль: поче-му бы в деревню не приехать той самой старухе из Москвы, которая рассказала Кузьме об одинокой девушке? Ведь она-то знает, что Кузьма — не отец Наташи!
— Этот ход нам понравился, — вспоминал Юрий Никулин. — Дописали эту сцену. И вот снимаем, как мой герой входит в избу и вдруг видит ту бабульку. Как же надо реагировать на такую встречу Кузьме? Я проигрывал десятки вариантов… Но все получалось слишком наигранно. Тогда Лев Кулиджанов попросил: «Юра, покажите, как бы вы испугались, если бы работали в цирке клоуном». Цирк — дело знакомое. Через несколько секунд все в павильоне хохотали, смотря, как я показывал испуг. Но и это не годилось для картины. И тогда мы решили: а пусть испуга не будет заметно — Иорданов словно окаменеет.

С картиной связано у меня еще одно воспоминание. Была там сцена, когда я пьяный. На киностудию поехал после представления в цирке — такой усталый, что никак не мог войти в состояние пьяного. И решил: выпью стопочку «для самочувствия». Выпил — и действительно разошелся. Игралось легко. А на экране пьяный не получился — просто дурачок и все. Пришлось переснимать. На этот раз я был абсолютно трезв и сыграл пьяного отлично. Недаром говорят, что, играя, нужно идти от противного!
Фильм Кулиджанова вышел на экраны страны в 1962 году и имел большой успех у публики.

Это картина о вере в человека.
После премьерного показа «Когда деревья были большими» в столичном кинотеатре «Ударник» состоялось обсуждение фильма. На сцену вышел плохо одетый человек и сказал: «Товарищи, помогите мне! Эта картина про меня. Я смотрел и думал: можно же жить иначе! Важно только, чтобы тебя кто-нибудь любил, чтобы ты был кому-нибудь нужен. Ну скажите, где мне найти такую девочку Наташу, чтобы она меня полюбила? Я бы тогда стал совсем другим».

Наталья Фокина, кинодраматург и жена режиссера Льва Кулиджанова

Разместить заметку:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • Memori.ru
  • Сто закладок
  • Одноклассники

Комментарии:

Оставить комментарий