Николай Озеров, 95 лет со дня рождения

Николай Озеров

Николай Озеров родился 11 декабря 1922 года в Москве в творческой семье.

Его отец — Николай Николаевич — был известным оперным певцом Большого театра, а мать — Надежда Ивановна училась на театральном факультете Государственного института кинематографии, но из-за рождения сыновей (первенец Юрий появился в 1921 году) бросила учебу.

В 12-летнем возрасте Николай впервые стал чемпионом Москвы по теннису среди мальчиков.

Николай Озеров


Семья Озеровых жила на Старой Басманной улице в доме, который Озерову-старшему предоставила дирекция Большого театра, в котором он работал. По словам Николая Озерова-младшего, он с детства мечтал петь, как отец. Первое выступление четырехлетнего Николая состоялось на одном из домашних праздников, на котором он в парике и юбке, поглядывая на пирожки на столе, спел арию Джильды из оперы Джузеппе Верди «Риголетто». Но отличиться вокальными данными мальчику так, как папе, перед гостями не удалось. Николай Озеров позже вспоминал: «Первые впечатления детства: дом на Старой Басманной, отец — красивый, подтянутый, всегда чуточку торжественный, уезжает на спектакль в Большой театр.

Возвращается радостный, возбужденный, с цветами. Мама, нежная и ласковая, с непременной сказкой перед сном бабушка. Отец был гостеприимным, в доме всегда много его друзей не только из Большого театра, но и из Художественного, писатели, художники, врачи, музыканты. Вечер. К родителям пришли в гости. Через полуоткрытую дверь видно, как отец водружает на стол старый дедовский самовар, пышноусый Новиков-Прибой шепчет что-то на ухо Неждановой. Рядом с мамой сидит дирижер Голованов. Поглаживает окладистую бороду молчаливый и суровый на вид Отто Юльевич Шмидт. Чай пьют степенно, с разговорами, не торопясь. Мы с братом Юрием с нетерпением ждем самого главного: начинается домашний концерт. Василий Иванович Качалов читает стихи, Иван Михайлович Москвин — смешные рассказы, отец с Неждановой под аккомпанемент Голованова поют различные дуэты. Пел и Леонид Витальевич Собинов…»

Николай Озеров


В детстве Николая Озерова вместе с братом родители часто брали в Большой театр. Но в отличие от своего старшего брата Николай был гораздо впечатлительнее. В эпизоде, когда отца, игравшего Садко, новгородцы прогоняли со сцены, мальчику было так обидно за папу, что он был готов расплакаться. А однажды, когда между сценами образовалась пауза, и погас свет, он закричал на весь зал: «Заснул режиссер, заснул!» После этой выходки родители некоторое время не рисковали брать мальчика в театр, опасаясь, что он снова что-нибудь натворит.

С девяти лет у Николая Озерова проявилась еще одна страсть – к спорту. Он стал играть в теннис, и тренировал его Василий Михайлович, который подготовил ряд известных спортсменов. Спарринг-партером Николая, как правило, был его брат Юрий, который подавал поначалу большие надежды, чем его младший брат. Вскоре Василий Михайлович разрешил Озеровым, кроме основных занятий с ним, посещать главный спортивный центр Загорянки — три теннисных корта для взрослых. На этой площадке Николай наблюдал, как играют взрослые, и играл сам. В результате к 12-ти годам он стал шестой ракеткой в детской команде Загорянки и начал успешно выступать в матчах на первенство Москвы. Он выиграл два матча, вышел в финал, где встретился с Семеном Белиц-Гейманом, и дважды победил его со счетом 6:3. Так, в 1935 году двенадцатилетний Николай Озеров впервые стал чемпионом Москвы по теннису среди мальчиков, а Семен стал главным соперником Озерова во всех крупнейших соревнованиях на протяжении всей его теннисной карьеры. После их первой игры в газете «Красный спорт» было напечатано, что стадион Юных пионеров выдвинул хорошую смену, и счастливый Николай показал родителям газету, где в числе многообещающих юных теннисистов, был упомянут и он.


Николай Озеров


В 1941 году Озеров поступил на актерский факультет ГИТИСа. Но вскоре началась война. Осенью, когда немцы подошли к Москве вплотную, Озерова решили использовать в одной акции, аналогов которой в истории мирового спорта нет. В Москве тогда осталось только три теннисиста и чтобы показать, что столица не дрейфит, их стали возить на мотоцикле с одного стадиона на другой, где они играли друг с другом. Эти встречи транслировались по радио на всю Москву. За участие в этих матчах Озерову присвоили звание мастера спорта, а вместе с ним и продовольственную карточку научного работника.

В 1944 году в обход всех норм и правил — уж слишком молод был кандидат — Озеров стал заслуженным мастером спорта.

В 1946 году Николай закончил ГИТИС и получил направление в МХАТ. Но в труппу Озерова зачислили только после экзамена.

Николай Озеров


В спорте одним теннисом успехи Николая Озерова не ограничивались. Параллельно он перепробовал другие виды спорта: лыжи и бокс, волейбол и легкую атлетику, ручной мяч и городки, баскетбол и коньки, научился плавать и кататься на велосипеде. При прыжках на лыжах с любого трамплина Николай всегда падал, и за это сверстники прозвали его «бесстрашным». Николай так же получил значок «Ворошиловский всадник». Его школьными друзьями были Юрий Матулевич-Ильичев, ставший впоследствии заслуженным тренером Советского Союза по боксу, и Виктор Душман — будущий чемпион страны и тренер по фехтованию. Озеров был неплохим футболистом и даже играл за дубль «Спартака» на позиции форварда. Как-то раз в Сочи Озеров позвал комментатора Владимира Перетурина и режиссера трансляции Яна Садекова на зарядку. Владимир Перетурин рассказывал: «Погода стояла великолепная, все мы ощущали прилив сил.

И вдруг заметили на баскетбольной площадке группу молодых людей с мячом, каких-то научных работников. Тут же решили устроить футбольный матч. Я играл впереди, Садеков – в центре, Озеров, стоя сзади, выполнял функции не только вратаря, но и играющего тренера. В начале преимущество было на стороне соперников, но мы сумели обыграть их со счетом 7:1! Позже Озеров рассказывал об этой игре несметное количество раз – с непосредственным, поистине детским восторгом! Все подробно описывал: как стоял в воротах, как прыгал, как падал. Складывалось ощущение, что это был чуть ли не главный матч в его жизни!»

Николай Озеров


Как Озерову удавалось совмещать работу в театре и спорт — загадка. Но это факт. Сразу после спектакля он мчался на стадион, брал в руки ракетку или надевал футбольные бутсы. Да, да, именно бутсы, потому что Озеров довольно неплохо выступал и за несколько футбольных команд общества «Спартак».

В 50-х годах на Озерова свалилась еще одна обязанность — спортивного комментатора. Причем произошло это совершенно случайно.

29 августа 1950 года Озеров самостоятельно вел репортаж о первом тайме футбольного матча «Динамо» — ЦДКА. После чего его отстранили от эфира на две недели — ждали откликов слушателей. За это время на радио пришло 40 писем — 37 содержали в себе похвалу и только в трех были критические высказывания в адрес комментатора-дебютанта.

Комментарий хоккейного матча Николаем Озеровым

В августе 1953 года Озеров решил уйти из большого тенниса. Руководство Комитета физкультуры отреагировало на это с раздражением и на Озерова началось давление. В конце концов, на очередной коллегии ему пришлось заверить присутствующих, что он приложит все усилия, чтобы вновь стать первой ракеткой страны.

Каждая секунда его времени была расписана, поэтому во МХАТ он иногда влетал буквально на последней минуте до начала представления. Переодевался в костюм и выходил к зрителям… Владимир Перетурин рассказывал: «С Озеровым я познакомился именно в театре. Помню, как целых три раза ходил с родителями во МХАТ на «Синюю птицу». Эта волшебная сказка Метерлинка запомнилась мне на всю жизнь. В пьесе заложен глубокий смысл: не нужно искать необыкновенное где-то далеко. Герои сказки в поисках Синей птицы пережили множество приключений, но в конце оказалось, что эта птица – обычная серая птаха. Дядя Коля в пьесе мастерски лепил образ Хлеба, добродушного толстяка, только что вылезшего из квашни.

Николай Озеров


Озеров очень любил этот спектакль, наверное, именно потому, что он учит взаимовыручке и дружбе. Да и сам характер дяди Коли, если честно, был похож на характер персонажа Хлеба. В «Синей птице» на Озерова надевалось множество одежд и разных аксессуаров. Когда он уходил со сцены, то кто-то из актеров хулиганил и бил Николая Николаевича ногой под зад. Довольно больно! В следующий раз Озеров привесил под свой балахон жестяной таз, и когда актер снова отвесил пинок, то раздался дикий грохот. Зрители хохотали».

Озеров первым взял интервью у первой советской олимпийской чемпионки юной дискоболки Нины Пономарёвой, для чего перемахнул несколько ограждений, повергнув в шок многих коллег и финских полицейских. И с необыкновенной теплотой и задушевностью он первым, чего ни до и после него никто не делал, рассказал про слезы советского министра спорта Николая Романова в момент установления Юрием Власовым в олимпийском Риме рекорда в тяжелой атлетике. Михаил Ульянов однажды сказал о Николае Озерове: «Как невозможно себе представить Великую Отечественную войну без голоса Левитана, так мы и не мыслим себе время 50 — 80-х годов без голоса Озерова, в котором звучали азарт, страсть, завораживающая любовь к спорту».

Николай Озеров


Озеров был неотъемлемой частью отечественного спорта, и обо всех самых громких победах люди узнавали, прежде всего — от него. За более чем тридцатилетнюю вахту у микрофона ему довелось вести репортажи со стадионов сорока девяти стран, с семи футбольных и двадцати пяти чемпионатов мира по хоккею, с четырнадцати летних и зимних Олимпийских игр, не считая бесчисленных внутренних соревнований. Тем не менее, решив прекратить работать комментатором, от торжественных проводов на пенсию Озеров отказался. Он просто собрал у себя дома друзей — Юрия Никулина, Рубена Симонова, Анатолия Папанова и Андрея Гончарова. Под дружескую беседу, шутки и анекдоты он отметил завершение своей карьеры. Сожалея, что не провел репортаж о финальном матче чемпионата мира по футболу с участием сборной СССР

О личной жизни Николай Николаевич рассказывал неохотно. Известно, что впервые он женился, когда ему было хорошо за сорок. «В конце 1940-х я был влюблен в одну девушку, собирался жениться, — писал он в своей книге. — От одного ее взгляда сил на корте прибавлялось втрое. Но выяснилось, что мы хоть и долго, но плохо знаем друг друга. Перед каждым матчем я всегда ходил в театр. Если не занят был сам в постановке, смотрел какой-нибудь спектакль, только два акта, и шел домой. Думал о предстоящей игре, о своей завтрашней тактике, настраивался, успокаивался.

Николай Озеров


Подруга стала ревновать меня, подозревая, что я хожу на свидания. Однажды за час до решающего матча открылась дверь, вошла она и зло сказала: «Все равно проиграешь». Весь матч я не мог отделаться от этой фразы — и проиграл. Слез моих никто не видел, но они были. Словом, «жизнь была кончена». Я вернул себе чемпионский титул, но только через четыре года, в 1951 году, пережив бессонные ночи, отчаяние, душевные страдания, неудачи…»

После той истории Озеров мало доверял женщинам. Но в конце 1960-х в его жизни появилась Маргарита — редактор одного из столичных издательств и они поженились, а в 1970 году 47-летний Озеров стал отцом двойняшек Надежды и Николая. «Узнав о нашем рождении, папа позвонил своему другу, спортивному комментатору Науму Дымарскому, и сказал: «Иду, как всегда, с перебором, у нас двойня!» — рассказывал сын Озерова Николай. — В теннисе есть такой термин — перебор… Мы еще были грудничками, когда отец выписал на нас членские билеты спортивного общества «Спартак». Самое смешное, что в них были вклеены наши фотографии в пеленках».

Озеров приучал к спорту двойняшек с детства: четырехлетними привел на теннисный корт. Правда, ни сын, ни дочь спортивной карьеры так и не сделали: Надя перенесла в детстве сложную операцию, а Коля, к двадцати годам став мастером спорта, думал больше не о карьере, а о том, как выходить больного диабетом отца. Николай Озеров-младший рассказывал: «В начале 1990-х, когда отец был в Средней Азии, его ужалило в ногу какое-то насекомое. Рана долго не заживала… После одной из перевязок врач вынес приговор — ампутация, потому что начиналась гангрена». Ногу ампутировали по колено… Озеров больше не мог жить так, как привык, остался без работы и редко выходил из дома. Но на многие московские матчи, в том числе теннисные (Кубок Кремля), все-таки приезжал, увлеченно следил за игрой, сидя в инвалидной коляске и ревностно слушал комментаторов.

Среди творческих последователей и учеников Николая. Озерова были Анна Дмитриева, Александр Курашов, Евгений Майоров, Анатолий Малявин, Владимир Маслаченко и Владимир Перетурин.

Николай Озеров умер 2 июня 1997 года. Похоронен на Введенском кладбище столицы.

Использованы материалы сайта «Чтобы помнили»: http://chtoby-pomnili.com/page.php?id=625

Разместить заметку:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Яндекс.Закладки
  • Memori.ru
  • Сто закладок
  • Одноклассники

Комментарии:

Оставить комментарий